До беременности Беременность Роды От 0 до года От 1 до 3 От 3 до 7 Старше 7 Питание Брат-сестра Семья Досуг Библиотека

Можно ли исправить почерк? или Чудеса в нашей жизни

Вы никогда не задумывались, что такое почерк? Почему одни люди пишут разборчиво и красиво, а другие так, что потом сами не могут прочитать написанное? А о почерке врачей вообще ходят анекдоты.

 

От чего же зависит почерк? Некоторые утверждают, что от навыков каллиграфии. Вспоминают культовый фильм «Первоклассница», снятый в 1948 году по повести Евгения Шварца, и вздыхают, что с таким-то подходом к чистописанию просто не могло быть плохого почерка!

 

Мои родители учились в школе в одно и то же время, в начале 50-х, и тоже писали перьевыми ручками, используя чернильницу и тщательно промакивая страницу промокашками (кстати, вы еще застали в тетрадях эти пористые розовые листочки-вкладыши? Мне довелось, хотя писали мы уже самыми обыкновенными шариковыми ручками). Так вот, у мамы до сих пор крупный аккуратный почерк, а папин почерк – мелкий, напоминающий бусины, и гораздо менее понятный. А родители моей школьной подруги писали совсем уж неразборчиво. Выходит, дело не в пере и чернильнице.

 

 

 

Согласно Википедии, почерк — это фиксируемая в рукописи, характерная для каждого пишущего и основанная на его письменно-двигательном навыке система движений, с помощью которой выполняются условные графические знаки. На формирование почерка огромное влияние оказывают различные факторы как субъективного, так и объективного плана. Субъективные присущи конкретной личности пишущего, а объективные зависят от внешних условий, в которых протекает процесс письма.

 

Итак, на почерк влияют факторы субъективные и объективные. Например, в одном классе, при одинаковых объективных (внешних) условиях – общей программе, одной на всех учительнице, одинаковых заданиях – почерк у детей будет различаться в силу субъективных факторов. Иначе говоря, личных особенностей. Так я считала, отдавая сына в первый класс.

 

В силу этого я не особенно переживала из-за того, что ему не удавалось писать красиво. Во-первых, я надеялась, что постепенно, с опытом, все наладится. Во-вторых, если уж он так пишет, значит, таковы его способности, и с этим ничего не поделаешь. Все люди пишут по-разному, не всем дано писать красиво.

 

Когда мне случалось заглянуть в тетрадку одноклассника-отличника, я вздыхала и удивлялась: как только удается некоторым детям так писать! Но что поделать, не все рождаются живописцами или музыкантами, не всем дано, думала я.

 

 

Однажды мне довелось общаться с пожилой учительницей, пять десятков лет отработавшей в школе. Она показала мне стопку сочинений своих первоклашек. Эти работы меня глубоко поразили. Казалось, их написал один человек! Десяток идеальных почерков, десяток стройных, аккуратных буковок, построившихся в шеренгу, подобно солдатикам! Ни единой ошибки, почти ни одного исправления!

 

Погодите, а как же индивидуальные особенности, личность пишущего? Ну, скажем, если присмотреться внимательнее, то некоторые минимальные отклонения в этих работах можно было найти. У кого-то буквы чуточку острее, у кого-то на полмиллиметра шире… И все-таки это было невероятно. Моему ребенку, закончившему на тот момент второй класс, подобное было не под силу.

 

Буквы на его строчках танцевали какой-то безумный свистопляс. Они скакали, падали, валились друг на друга, кривлялись, пачкались и временами совсем исчезали со своих мест.

 

 

Мы пробовали заниматься по прописям. Последний летний месяц мы с ним выводили палочки и крючочки, как в первом классе. Мы заново учились писать элементы и собирать их в буквы. Сын старательно занимался, и мне хотелось верить, что он станет писать хоть немного лучше.

 

Но начался сентябрь, сын перешел в третий класс, и все пошло по-прежнему, будто и не было усердных летних занятий. Буквы все так же бесстыдно кривлялись, и все мои уговоры: «Пиши аккуратнее! Старайся!» – не давали ни малейшего эффекта. А бонусом к ужасному почерку добавлялись пропуски букв и грубейшие орфографические ошибки на прекрасно знакомые орфограммы.

 

 

Закончилась первая четверть, мой третьеклассник заработал очередной «трояк» по русскому, и я решила побольше позаниматься с ним на каникулах, чтобы хоть немного поправить грамотность. Наверное, эти усилия опять принесли бы очень малозаметную пользу, но я должна была хоть что-то делать.

 

И тут возникла совершенно неожиданная возможность – получить во время каникул несколько занятий у очень опытного педагога начальной школы, попытаться поправить почерк.

 

Откровенно говоря, мне сложно было решиться. Во-первых, все каникулы ежедневно нужно было куда-то ездить. Я боялась переутомить ребенка и не обеспечить ему полноценного отдыха в короткую каникулярную неделю. Во-вторых, я вообще сомневалась, что за пять дней можно хоть что-то сделать. Все-таки выработка почерка – задача длительная, многолетняя, что тут могут решить несколько часов, пусть даже с самым опытным и знающим педагогом?

 

И все же я решилась попробовать. Несмотря на все сомнения, я поняла, что если я сейчас упущу этот шанс, то это лишит моего сына каких-то преимуществ в будущем, и я себе этого не прощу. Я должна испробовать все возможности.

 

Собственно, учительница не делала ничего особенного. Она просто говорила ему: «Веди вниз, тяни, закругляй, верхнее соединение, в конце предложения ставлю точку» и т.д. Она не позволяла ему сгибаться, класть голову на руку и дергать ногами под столом: «Успокой ноги, поставь их на подставку». На первом занятии она, взяв его руку в свою, вместе с ним написала несколько строк. На втором это была лишь одна строчка, а дальше он писал самостоятельно, под внимательным контролем педагога, которая ни на минуту не отворачивалась, следя за движением его руки. И рука вдруг перестала дергаться и прыгать, и вместо неуклюжих каракулей на странице, как по волшебству, стали появляться пусть пока несовершенные, но довольно аккуратные буквы! Все они сидели точно на рабочей строке и не выпрыгивали за верхнюю линейку, а по ширине каждая из них умещалась ровнехонько между узкими косыми линиями.

 

 

Я не могла поверить своим глазам, я не представляла, что мой ребенок может так писать! Оказывается, дело не в личных способностях и особенностях характера, а в грамотном, толковом объяснении. Стоило лишь показать и объяснить ему, что нужно делать, и дело пошло, как по маслу.

 

Был еще один немаловажный момент: учительница настойчиво добивалась от мальчика, чтобы он проговаривал вслух все, что пишет. Я еще летом этого добивалась, но безрезультатно, да и теперь он стал что-то бубнить себе под нос лишь к концу каникул. Наши занятия подошли к концу, и больше всего меня заботило то, сохранит ли мой мальчик приобретенные навыки, или все растеряет с первого же школьного дня.

 

 

 
 

После каникул минуло лишь две недели, и пока рано делать выводы. Почерк еще не устоялся, но сын старается изо всех сил, и говорит, что ему удобно так писать! И одновременно в работах стало на порядок меньше орфографических ошибок. Правда, в классе ему приходится непросто: старательно выводя буквы, он не успевает вслед за классом выполнять задания к тексту. Но учительница, видя произошедшую в нем перемену и его старания, относится к этому с пониманием.

 

 

 

Особенно порадовало меня сочинение, написанное в тетради без наклонной линовки – ребенку удалось сохранить правильные пропорции букв!

 

 

К сожалению, я не могу поделиться контактами волшебницы-учительницы, не имею на это полномочий. Для чего же я написала эту заметку? Мне хотелось показать, что вещи, которые так ясны и понятны нам, родителям, совсем не обязательно понятны детям. Мои просьбы: «Пиши аккуратнее», – были для ребенка чем-то абстрактным, потому что его никто не научил, как это сделать. Видимо, в первом классе эти элементарные азы не были достаточно объяснены и отработаны, чтобы войти в руку ребенка твердым навыком. К счастью, ситуация оказалась еще не полностью запущенной, и достаточно было просто показать и доступно объяснить, чтобы мой сын начал писать так, как следует писать каждому ученику.

Дата публикации 24.11.2015
Автор статьи: Эхомамины записки
реклама
комментарии