Вы разочарованы, что сын или дочь выбрали не тот путь? Два эксперта объясняют, как это пережить и не разрушить семью

Мама сорок лет живёт мечтой о медицине, а сын-девятиклассник засыпает над ненавистным учебником химии. Мать искренне верит, что помогает ему, но на самом деле реализует свои давние амбиции. Два эксперта — детский поэт и писатель Светлана Медведева, а также кандидат психологических наук, основатель Института Адаптивного Интеллекта Валерий Гут — дали интервью изданию «Материнство.ру» и объяснили, как родительские ожидания разрушают детей и что с этим делать.

Фото: Основатель Института Адаптивного Интеллекта, кандидат психологических наук, разработчик концепции адаптивного интеллекта Валерий Гут

Фото: Детский поэт, эксперт по развитию детского интеллекта через поэзию и игровые формы Светлана Медведева

Что такое проекция ожиданий и почему родители её не замечают

По словам кандидата психологических наук, основателя Института Адаптивного Интеллекта, ведущего исследователя адаптивного интеллекта в России и СНГ Валерия Гута, проекция — это механизм, который легко запускается на автомате, но который очень сложно осознать. Взрослые часто подставляют свои несбывшиеся мечты на место желаний ребёнка. В такие моменты они перестают видеть в детях отдельную личность и воспринимают их как «второй шанс» переписать собственную историю. Мозг быстро находит оправдания: родители искренне верят, что помогают ребёнку.

Валерий Гут рассказывает, что по вечерам отец реагирует на оценки в дневнике сына так, будто эти баллы выставили лично ему. Когда взрослый чувствует внутреннюю пустоту, он перекладывает свои ожидания на сына или дочь в надежде, что те достигнут большего, чем смог он.

Детский поэт, писатель, эксперт по развитию детского интеллекта через поэзию и игровые формы Светлана Медведева считает, что если родители хотят реализовать свои несбывшиеся мечты через ребёнка, им стоит немедленно обратиться к психологу.

Ребёнок ничего не должен родителям. Он не кукла и не инструмент для реализации чужих надежд. Это отдельный человек со своими желаниями и нежеланиями, — говорит Светлана Медведева.

Откуда берутся ожидания: забота или страх за статус

Валерий Гут объясняет, что за родительскими ожиданиями часто стоит страх за социальный статус. Дипломы, победы, престижная работа детей становятся внешними атрибутами значимости самого родителя в глазах окружающих. Другой источник — глубокая тревога, ощущение беспомощности. Навязывая «безопасный» путь, родитель создаёт себе иллюзию контроля. План на десять лет вперёд успокаивает взрослого, но лишает ребёнка воли.

Корни проблемы часто уходят в историю рода. Память о нищете предков заставляет родителя подавлять творческие порывы ребёнка и настаивать на стабильной, но нелюбимой профессии.

Почему больно, когда дети выбирают другой путь

Валерий Гут рассказывает, что выбор ребёнка разрушает картину мира родителя. Тот, кто сам не реализовался, видит в детских успехах суррогат собственного. Другой путь сына или дочери родитель читает как личную неудачу или даже предательство. Для многих взрослых это становится крахом внутреннего сценария — представления о том, какой должна быть «правильная» жизнь ребёнка.

Признать право сына или дочери на другой путь — значит столкнуться с собственными страхами, нереализованностью и экзистенциальным кризисом.

Светлана Медведева добавляет, что в советское время давление на детей в выборе профессии было куда сильнее. Из поколения в поколение в одной семье работали врачами, учителями или на заводе. Но сегодня всё по-другому. Даже в семьях известных актёров редко кто из детей решает продолжать родительское дело.

Талант не всегда передаётся по наследству, да и интересы могут быть совсем другими, — говорит Светлана Медведева.

Как отличить здоровую помощь от навязывания своей мечты

Валерий Гут объясняет, что здоровая поддержка помогает ребёнку осознать личные смыслы и найти им место в мире. Проекция же диктует готовую цель ради спокойствия взрослого. Граница между ними видна в конкретных мелочах. Например, когда мама записывает сына в музыкальную школу, уже зная, что он хочет в секцию по борьбе, и объясняет это тем, что музыка развивает. Возникает вопрос: развивает кого? Мальчика или мамино представление о правильном детстве?

Светлана Медведева считает, что задача родителей — не навязывать, а создавать условия, чтобы ребёнок нашёл своё призвание. Она советует помогать ему пробовать разное — рисование, музыку, спорт, науку. При этом важно смотреть на реакцию ребёнка. Она приводит пример из собственной жизни: старший сын с детства увлекается хоккеем, и у него возникло естественное желание, чтобы его сыновья тоже полюбили этот вид спорта. Старшему внуку действительно понравилось, он с удовольствием ходит на тренировки, а младшему совсем не подошло, и никто не стал настаивать.

Чем грозит ребёнку жизнь под давлением родительских ожиданий

Валерий Гут рассказывает, что постоянное ожидание успехов меняет личность. Человек взрослеет и не понимает, кто он без своих достижений. Всю жизнь его оценивали по результатам: пятёрка — хороший, двойка — плохой. В сорок лет такой человек берётся лишь за гарантированно успешные дела. Ставит себе недостижимые цели, чтобы не столкнуться с обычной неудачей. Это симптом детства, где любовь приходила вместе с успехом.

Гиперопека и контроль мешают лобным долям мозга созревать. Человек, за которого всё решали, лишён самостоятельности, потому что для неё не было практики.

Светлана Медведева приводит пример из жизни. У неё есть знакомая, которую родители сильно опекали. Она получила высшее образование сначала для мамы, потом для папы. В итоге просто подарила им оба диплома на юбилеи, а сама выучилась на парикмахера. Сегодня она дизайнер причёсок, владеет собственной школой и полностью реализовалась.

В её случае всё сложилось хорошо. Но менее устойчивый человек мог и сломаться — работать на нелюбимой работе и страдать, — предупреждает Светлана Медведева.

Что делать родителю, когда он осознал проблему

Валерий Гут советует для восстановления отношений начинать с простого разговора без советов. Вопросы «Что тебе важно?», «Что тебя радует?», «Чего ты боишься?» помогают наладить контакт, вместо которого годами работал контроль. Умение слушать без попыток доказать правоту творит чудеса. Сначала дети удивляются, а затем начинают доверять. Искренний интерес к чувствам ребёнка даёт больше, чем любой готовый сценарий.

Когда дочь говорит: «Я не хочу в медицину», можно обнять и не переубеждать. Связь с ребёнком только укрепится, если спросить его в этот момент о чувствах и не перебивать.

Фраза "Я понимаю, это твоё решение" сохраняет отношения, даже если внутри взрослого всё сжимается, — объясняет Валерий Гут.

Светлана Медведева добавляет, что если человек понял, что ошибся с профессией, родители не должны препятствовать поиску нового пути. Свобода выбора должна сохраняться и во взрослом возрасте.

Как проработать разочарование, если ребёнок уже вырос

Валерий Гут советует родителю изучить свои проекции. Для этого полезно составить список ожиданий от детей. Стоит выписать всё, чего взрослый ждёт от ребёнка, и напротив каждого пункта честно ответить: это его потребность или реальная жизнь ребёнка? Большинство ответов окажутся личными нереализованными желаниями. Именно в этой точке дискомфорта родитель встречается с собой. Работа над собой освобождает детей от груза родительских ожиданий.

Светлана Медведева напоминает, что родителям стоит беспокоиться только тогда, когда выбор ребёнка ведёт к саморазрушению: зависимостям, криминалу, потере здоровья. Но если он выбирает нормальную, социально полезную профессию, пусть даже далёкую от родительских ожиданий, это не повод для разочарования.

Ребёнок сумел найти своё призвание — значит, он будет работать с удовольствием и вдохновением и принесёт больше пользы себе и обществу, — говорит Светлана Медведева.

Читайте также:

Родитель как друг: почему это опасно для ребёнка и где настоящие границы
Муж хочет секса, а жена боится: как найти компромисс в интимной жизни во время беременности и не разрушить отношения
Жестокий подросток — всегда жертва: что выяснили норвежские эксперты
Заговорить в четыре года: новая норма или тревожный сигнал?
Живот болит у ребёнка: как понять — отравление, аппендицит или просто газы