Воскресный папа — норма, мама выходного дня — приговор? Психологи о двойных стандартах и реальных интересах ребёнка
- 09:03 6 июля
- Ангелина Скибина
Она видит ребёнка только по выходным. Общество осуждает, родственники крутят у виска, а в соцсетях пишут: «Как можно отдать ребёнка?». Но что, если для некоторых женщин этот формат — не трагедия, а единственный способ сохранить себя, а значит — и отношения с ребёнком? Дипломированный психолог, эксперт по вопросам психологического благополучия и детско-родительских отношений Ника Болзан и врач-психиатр, психотерапевт, судебный эксперт Антон Шестаков ответили на вопросы «Материнство.ру» о том, почему женщины отказываются от роли главного родителя, что страшнее для психики ребёнка и может ли «мама выходного дня» когда-нибудь вернуть полную опеку.
Фото: Дипломированный психолог, эксперт по вопросам психологического благополучия, детско-родительских отношений и материнства Ника Болзан
Фото: Врач высшей категории, кандидат медицинских наук, действующий психолого-психиатрический судебный эксперт — работает в ООО «Центр производства предварительных исследований и судебных экспертиз» Антон Шестаков
Усталость или эмансипация: почему женщины передают опеку отцу
По словам Ники Болзан, рост подобных историй нельзя связывать исключительно с эмансипацией. В своей практике она чаще видит сочетание нескольких факторов: хроническое эмоциональное истощение, выгорание, отсутствие поддержки, необходимость совмещать работу и воспитание ребёнка, а иногда и осознание того, что женщина не может быть тем родителем, которым хотела бы быть.
Антон Шестаков добавляет нейробиологическое обоснование. Хроническая двойная нагрузка держит высоким уровень кортизола — гормона стресса. Постоянный кортизол угнетает префронтальную кору, отвечающую за планирование и самоконтроль, и перевозбуждает центр тревоги. Итог — эмоциональное выгорание, раздражительность и неконтролируемые вспышки.
Передача основной опеки иногда становится не бегством, а способом сохранить себя и тёплый контакт с ребёнком, — говорит Ника Болзан.
Что страшнее для психики: жизнь с отцом или война родителей
Исследования развода единодушны, утверждает Антон Шестаков. Главный фактор риска — не структура семьи, а хронический конфликт родителей. У ребёнка-свидетеля затяжных судебных войн эмоциональный центр мозга живёт в режиме угрозы, что повышает риск тревожных расстройств.
Ника Болзан подтверждает: для психики ребёнка ключевое значение имеет не то, с кем именно он живёт, а качество отношений со значимыми взрослыми. Если отец эмоционально доступен и способен обеспечивать заботу, поддержку и безопасность, сам по себе факт проживания с отцом не является травмой.
Для ребёнка зачастую гораздо тяжелее ежедневно находиться в атмосфере взаимных обвинений, чем жить в стабильной системе, где взрослые сумели договориться, — отмечает Ника Болзан.
Почему «воскресный папа» — норма, а «мама выходного дня» — трагедия
Общество до сих пор по-разному воспринимает «воскресного папу» и «маму выходного дня», говорит Ника Болзан. Это связано не с психологией ребёнка, а с культурными ожиданиями. От мужчин традиционно ожидали финансового обеспечения, от женщин — постоянного ухода. Отец, который видится с ребёнком по выходным, воспринимается как привычная модель, тогда как аналогичный выбор матери вызывает осуждение.
Антон Шестаков называет это когнитивным искажением и дисфункциональным убеждением, что только мать может быть главной. При этом нейробиология его не подтверждает: окситоцин — гормон привязанности — вырабатывается у вовлечённого отца так же, как у матери.
Если мать в такой модели восстановилась и счастлива, ребёнок рядом с ней получает не измученного, а ресурсного взрослого — и это честный выбор, а не трагедия, — подчёркивает Антон Шестаков.
«Синдром переключателя»: как ребёнок переживает переезды
Официального диагноза «синдром переключателя» не существует, но психологи описывают адаптационный стресс при переходах между домами с разными правилами. Признаки перегрузки: регресс поведения, нарушения сна, капризность в первые дни после переезда. Обычно это нормальная адаптация, а не патология.
Тревога, соматические жалобы и страх «предать» одного из родителей — сигнал, что взрослые транслируют конфликт через ребёнка. Опасны не сами переезды, а противоречащие правила и обесценивание второго родителя, которые заставляют психику ребёнка постоянно расщепляться между лояльностями.
Может ли «мама выходного дня» вернуть полную опеку
Да, если изменения реальны, а не продиктованы чувством вины, считает Антон Шестаков. Признаки искреннего восстановления: стабильность собственной жизни не менее 6–12 месяцев, пройденная психотерапия, желание исходить из интересов ребёнка, а не из соперничества с отцом. Эгоизм выдаёт мотив «доказать» и «отвоевать», а зрелость — готовность к постепенному, согласованному переходу.
Ника Болзан добавляет, что жизненные обстоятельства не остаются неизменными. Иногда женщине действительно требуется время для восстановления после эмоционального истощения, тяжёлого развода или депрессивного состояния. По мере восстановления её участие в жизни ребёнка может становиться более значимым.
Любые изменения семейного уклада должны учитывать не только желания взрослых, но прежде всего потребности ребёнка, — резюмирует Ника Болзан.
Читайте также: